?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Многолетние попытки развернуть дискуссию по проблемам современного марксизма выявили проблему формулировки критерия капиталистической формации. Когда я утверждаю, что формационный переход от капитализма к следующей формации (неважно, как именно эту следующую формацию называть — социализм или же постиндустриальное общество) произошел в первой половине ХХ века не только в России (СССР), но и в развитых странах Мира, то обсуждения этого утверждения не возникает, поскольку все упирается в критерий наличия/отсутствия капитализма. При этом я, выдвигая такое утверждение, исхожу из механизма формационного перехода, описанного Марксом и Энгельсом в Принципах коммунизма и в Манифесте Коммунистической партии, где существенным признаком возникновения новой формации (в этих работах капиталистической) является революция в средствах и способах производства — Промышленная революция. А потому я утверждаю, что и следующая революция в средствах и способах производства (Научно-техническая революция) не могла не привести к возникновению новой формации или, что то же самое, к переходу от капитализма к пост-капиталистической формации, как бы ее ни называть.

Мои же оппоненты утверждают, что суть капиталистического способа производства есть самовозрастание капитала, его производство как увеличенной стоимости, и одним из основных критериев капитализма является свобода наемной рабочей силы. Постиндустриальное производство на современном Западе точно так же служит для расширенного воспроизводства капитала, как и фабричное или даже еще мануфактурное производство XVII-XIX веков. Наемная рабочая сила точно так же нанимается на работу — неважно, является ли эта сила фабричным рабочим XIX века или инженером-исследователем в каком-нибудь современном НИИ или КБ. А потому нет никаких причин говорить, что капитализм сменился какой-то другой общественно-экономической формацией. И дискуссия глохнет, вопросы рассогласования имеющихся (имевшихся) в марксизме прогнозов и объективной социальной реальности никто не обсуждает.

Но давайте рассмотрим сами эти критерии, по которым делается вывод о наличии или отсутствии капиталистической формации.

Вот что говорил Маркс: «Прежде всего движущим мотивом и определяющей целью капиталистического процесса производства является возможно большее самовозрастание капитала, т. е. возможно большее производство прибавочной стоимости...» [Маркс К. Капитал. Критика политической экономии. Т1. Кн.1. – М.: Политиздат, 1988. – С.342.] И далее, описывая самую первую форму капиталистического производства — кооперацию: «капиталистическая форма кооперации с самого своего начала предполагает свободного наемного рабочего, продающего свою рабочую силу капиталу.» [Маркс К. Капитал. Критика политической экономии. Т1. Кн.1. – М.: Политиздат, 1988. – С.345.] Вот со времен Маркса свобода рабочей силы и является в марксизме одним из основных критериев капитализма.

Этой же позиции придерживался Каутский. Вот как он описывает самый момент зарождения капитализма: «Как раз к тому времени, когда в среде купцов возник сильный спрос на рабочие руки, целая масса рабочих лишилась всего, что имела, и была выброшена на улицу, где богатым купцам оставалось только подобрать их.» [Каутский К. Эрфуртская программа. ­ – М.:Книгоиздательство Е.Д.Мягкова «Колокол», 1905.  – С.37].  То же самое он повторяет в «Очерках и этюдах по политической экономии» [Каутский К. Очерки и этюды по политической экономии. – Спб.:изд.Луч,1905 – 104с.]

Такой же позиции придерживался и Ленин с самых своих первых работ. Вот, к примеру, «Проект и объяснение программы С-Д партии»: «Вот эту-то эксплуатацию наемного труда, которая лежит в основании современного общества, крупные фабрики доводят до высшей степени развития.» [Ленин В.И. – ПСС – Т.2. – С.93-94] Точно также и в работе «Развитие капитализма в России» он приводит в качестве одной из основных характеристик капиталистического производства наличие наемной, то есть лично свободной рабочей силы [Ленин В.И. – ПСС – Т.3 – С.25.]. Или в работе «Экономическое содержание народничества»: «капитала, т. е. того отношения между людьми, при котором в руках одних скоплены деньги – продукт общественного труда, организованного товарным хозяйством, – а у других нет ничего кроме свободных рук» [Ленин В.И. – ПСС – Т.1 – С.391.].

Вообще, эта позиция характерна для любых исследователей, придерживающихся марксизма. Вот, например, что говорит Туган-Барановский по поводу дореформенной России: «Петр не может считаться насадителем капиталистического производства в России по той простой причине, что вызванная им крупная промышленность не была капиталистической. Социальное и экономическое положение тогдашней России было таково, что капиталистическое (т. е. основанное на наемном труде) производство у нас было невозможно. Для последнего не хватало в России самого важного условия – класса свободных рабочих. /.../ Вместо капиталистической промышленности, развивающейся в это время на Западе, у нас возникло крупное производство, основанное на принудительном труде.» [Туган-Барановский М. Русская фабрика в прошлом и настоящем. – Т.1. – Спб.: Наша жизнь, 1907, –  С.20,24]. То есть, на том только основании, что крестьянство (основное население страны) было закрепощено, а потому фабрики вынужденно использовали крепостной труд, возникшей после Петра промышленности отказывается в капиталистическом характере.

Итак, капиталистический способ производства описывается исключительно в терминах производства прибавочной стоимости и увеличения капитала, а свобода наемной рабочей силы выступает при этом как один из существенных признаков наличия капитализма как формации.

Внимательнее рассмотрим, однако, как Маркс описывает в Капитале само возникновение капитализма. Как это сказано в Предисловии к первому изданию, капитализм и его законы исследуются на примере Англии [Маркс К. Капитал. Критика политической экономии. Т1. Кн.1. – М.: Политиздат, 1988. – C.6.]. Но если это оправданно для выведения законов развитого капитализма (естественно, что для этого надо исследовать наиболее развитую страну), то такой подход может оказаться неверным для исследования процесса зарождения капитализма, появления новой формации. А ведь основой данной статьи как раз и послужил вопрос — возникла ли уже новая пост-капиталистическая формация или еще нет?

Возьмем хотя бы процесс появления огромных масс свободного ничем не занятого населения в результате огораживания — один из существенных моментов развития капитализма в Англии. Никакого огораживания не произошло бы, если бы к тому времени уже не существовала развитая капиталистическая текстильная промышленность Нидерландов: «Непосредственный толчок к этому в Англии дал расцвет фландрской шерстяной мануфактуры и связанное с ним повышение цен на шерсть» [Маркс К. Капитал. Критика политической экономии. Т1. Кн.1. – М.: Политиздат, 1988. – С.730.]. А вот уже после огораживания и переориентации сельского хозяйства Англии на производство шерсти на этой основе начала развиваться собственная текстильная промышленность Англии. То есть в Англии мы имеем не возникновение капитализма как такового, а догоняющее развитие в условиях, когда капитализм уже ранее возник где-то в другом регионе и, таким образом, оказывал влияние на возникновение капитализма в Англии.

Посмотрим опять на исследование Туган-Барановским возникновения фабричного производства в России. Несмотря на то, что ремесленники в России уже в допетровское время были подчинены крупным купеческим капиталом, работали почти исключительно по заказам купцов, поставляли свой товар в их лавки, где он и продавался, но это было именно ремесленное производство. Нет никаких признаков хотя бы рассеянной мануфактуры, во всяком случае, Туган-Барановский ничего подобного не сообщает.

Мануфактуры и фабрики возникли при Петре I, поскольку были крайне необходимы государству. «До Петра у нас почти не существовало крупных промышленных предприятий, а после него насчитывалось уже 233 казенных и частных фабрик и заводов.» [Туган-Барановский М. Русская фабрика в прошлом и настоящем. – Т.1. – Спб.: Наша жизнь, 1907, –  С.9]. «Самые крупные заводы и фабрики — оружейные, пушечные, суконные, паруснополотняные, писчебумажные фабрики – поставляли свои изделия исключительно и главным образом в казну.» [Туган-Барановский М. Русская фабрика в прошлом и настоящем. – Т.1. – Спб.: Наша жизнь, 1907, –  С.10.]. «Из числа фабрик и заводов, возникших при Петре, были и очень крупные. Казенные горные заводы в особенности отличались огромными размерами. Об этом можно судить по тому, что к 9 пермским заводам было приписано 25 тысяч крестьян мужского пола. На Сестрорецком оружейном заводе работало 683 человека. К казенному оружейному заводу в Туле было приписано 508 крестьянских дворов. На казенной парусной фабрике в Москве было 1162 рабочих. Но и на частных фабриках производство велось в крупных размерах. На московской суконной фабрике компанейщиков купеческих людей Щеголина «с товарищи» в 1729 году работало 730 рабочих на 130 станах; на казанской суконной фабрике Микляева работало 742 человека; московская полотняная фабрика Тамеса с компанией имела 443 стана и 841 раб.; ярославская фабрика Тамеса и Затрапезного – 172 стана и 180 раб.; на московской ленточной и позументной фабрике Милюшина было 280 раб.; на шелковых мануфактурах компании Евреинова в 1728 г. работало до 1500 мужчин и женщин.» [Туган-Барановский М. Русская фабрика в прошлом и настоящем. – Т.1. – Спб.: Наша жизнь, 1907, –  С.10-11.] То есть, как видите, производство было довольно крупным даже и по европейским меркам.

Большим был и объем производства. Например в конце XVIII века в России выплавлялось 8 млн. пудов чугуна – ровно столько, сколько в это же время в Англии, наиболее передовой капиталистической стране [Туган-Барановский М. Русская фабрика в прошлом и настоящем. – Т.1. – Спб.: Наша жизнь, 1907, –  С.77-78.]. В XIX веке начинает быстро развиваться хлопчатобумажная промышленность – без какой-либо поддержки государства, поскольку хлопчатобумажная материя для армии была не нужна, а потому производство изначально ориентировалось не на казну, а на свободный рынок. «О развитии в России бумагопрядильного производства можно судить по тому, что к началу 50-х годов Россия занимала по числу бумагопрядильных веретен (1100 тысяч) 5-е место и уступала только Англии (20977 тысяч), Франции (4200 тысяч), Соединенным Штатам (2500 тысяч) и Австрии (1400 тысяч) и стояла впереди Германии, хотя германское бумаготкацкое производство значительно превосходило русское.» [Туган-Барановский М. Русская фабрика в прошлом и настоящем. – Т.1. – Спб.: Наша жизнь, 1907, –  С.68.].

Как видите, в России развивалось крупное даже по европейским меркам промышленное производство. Развился класс промышленных капиталистов, возник класс рабочих. Но в возникновении капиталистической формации России отказывается на том только основании, что отсутствовала лично свободная рабочая сила. Туган-Барановский даже описывает борьбу между купечеством и дворянами, где купцы-фабриканты боролись за право покупать крестьян к фабрикам деревнями (и пытались закрепостить тех лично-свободных рабочих, что к ним попали на условиях вольного найма), а дворяне пытались лишить их этого права и боролись за то, чтобы фабрики работали на условиях вольного найма рабочей силы и зарплата рабочих постоянно росла, поскольку при повсеместном распространении в XIX веке оброка наем рабочей силы фабрикантами приносил непосредственную прибыль помещикам, чьи крестьяне превратились в рабочих, оставаясь при этом крепостными крестьянами.

Да, все это сдерживало развитие капитализма (вернее, крупного промышленного производства, поскольку автор отказывается признавать это капитализмом), и Туган-Барановский отмечает отставание роста промышленности в России относительно Европы, где не было крепостного права. Но если для быстрого развития капитализма действительно необходима свобода рабочей силы, то насколько это условие обязательно для возникновения капитализма, для того, чтобы сделать вывод, что новая капиталистическая формация уже возникла?

Да, для капитализма необходимо существование рынка рабочей силы. Да, капиталист покупает рабочую силу, чтобы произвести прибавочную стоимость и получить прибыль. Но откуда, собственно, следует, что эта рабочая сила обязательно должна быть лично свободной? Так в условиях крепостного права в России купцы-капиталисты покупали рабочую силу на рынке рабочей силы, но, в силу особенностей имевшегося тогда рынка рабочей силы, это выглядело как покупка крепостных крестьян целыми деревнями с последующей припиской этих деревень к фабрикам. В начале XIX века фабриканты начали нанимать рабочих по условию вольного найма (вольного в отношениях рабочий-фабрикант), но сами эти рабочие были в то же время крепостными крестьянами на оброке. Да вот, кстати, что пишут сами Маркс с Энгельсом: «Подобно машинам, кредиту и т. д. прямое рабство является основой буржуазной промышленности. Без рабства не было бы хлопка; без хлопка немыслима современная промышленность.» [Маркс К. и Энгельс Ф. Нищета философии. – Соч. – Т.4. – С.135]. Так насколько обязательным для капитализма является условие свободы рабочей силы?
.
.
.

Comments

( 5 comments — Leave a comment )
yanradiy
Jul. 22nd, 2015 09:37 am (UTC)
Очевидно, что фактические рабы - являются источником дешевой рабочей силы для капиталистов, организаторов общественного производства. Наличие фактических рабов является условием осуществления специфического способа производства - азиатского или евразийсского госкапа. Отрицать наличие капитализма в России использованием на предприятиях труда крепостных крестьян - это фишка "друзей народа".

Edited at 2015-07-22 09:40 am (UTC)
anatolsen
Jul. 22nd, 2015 02:44 pm (UTC)
Не могу сказать про эсеров, я их подробно не читал, возможно, они и отрицали капитализм в России именно так, но
свобода рабочей силы, как признак, резко отличающий капитализм от феодализма и рабовладения, является в марксизме общепринятым и был введен Марксом. А Маркс его ввел потому, что принял за начало капитализма кооперацию.
Но если посчитать началом капитализма не кооперацию, а мануфактуру, тогда необходимость именно свободы рабочей силы для капитализма не является обоснованной.

Аргумент против кооперации.
Кооперация была известна тысячелетия и никогда к капитализму не приводила. (Именно поэтому и потребовалась свобода рабочей силы - появилась свобода, кооперация сработала, не было свободы, кооперация ни к чему не приводила.)

Аргумент против свободы как критерия.
Если принять такой критерий, тогда в дореформенной России приходится констатировать отсутствие капитализма, несмотря на значительное промышленное развитие.

Выбор за критерий капитализма наличие мануфактуры или фабрики снимает данные проблемы.
yanradiy
Aug. 6th, 2015 03:55 pm (UTC)
Какое-то словоблудие. Вы что пытаетесь доказать то? Придумали сами какой то критерий капитализма из трех слов "Свобода рабочей силы", и выстраиваете некую доктрину, отрицающую капитализм в России. Скажите, что я не прав.
anatolsen
Aug. 6th, 2015 04:50 pm (UTC)
Это не я придумал такой критерий. Это Маркс.
Вы просто не в курсе.
anatolsen
Jul. 22nd, 2015 02:46 pm (UTC)
Вообще, эта статья начинает цикл из четырех статей.
Ссылки тут - http://anatolsen.livejournal.com/213707.html
( 5 comments — Leave a comment )

Profile

anatolsen
Андрей А. Мальцев (Andrew Anatol'sen Mal'tsev)

Latest Month

March 2018
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Tags

Page Summary

Powered by LiveJournal.com